Неточные совпадения
Вы не совсем
доверяйте, когда услышите от моряка слово «канат». Канат — это цепь, на которую можно привязать полдюжины слонов — не сорвутся. Он держит якорь в сто пятьдесят пуд. Вот когда скажут пеньковый канат, так это в самом
деле канат.
Меня страшно вдруг поразило, что Иван Федорович, все еще ревнуя меня и все еще убежденный, что я люблю Митю, не покинул, однако, мысли спасти брата и мне же, мне самой
доверяет это
дело спасения!
— Разумеется, мне не нужно: что интересного в чужом письме? Но докажи, что ты
доверяешь мне и что в самом
деле дружна со мной. Ты видишь, я равнодушен к тебе. Я шел успокоить тебя, посмеяться над твоей осторожностью и над своим увлечением. Погляди на меня: таков ли я, как был!.. «Ах, черт возьми, это письмо из головы нейдет!» — думал между тем сам.
— Вот в том-то и
дело, Василий Назарыч, что вы
доверяли мне, и я всегда буду ценить ваше доверие…
— А кто же больше?.. Он… Непременно он. У меня положительных данных нет в руках, но я голову даю на отсечение, что это его рук
дело. Знаете, у нас, практиков, есть известный нюх. Я сначала не
доверял этому немцу, а потом даже совсем забыл о нем, но теперь для меня вся картина ясна: немец погубил нас… Это будет получше Пуцилло-Маляхинского!.. Поверьте моей опытности.
Князь, например,
доверил ему вести
дело Бурдовского и особенно просил его об этом; но несмотря на эту доверенность и на кое-что бывшее прежде, между обоими постоянно оставались некоторые пункты, о которых как бы решено было взаимно ничего не говорить.
Не
день и не два по разным местам разъезжали конторщик Пахом да дворецкий Сидорушка, сзывая «верных-праведных» на собор в Луповицы. За иными приходилось ехать верст за восемьдесят, даже за сто. Не успеть бы двоим всех объехать, и вот вызвались им на подмогу Кислов Степан Алексеич, Строинский Дмитрий Осипыч да еще матрос Фуркасов. Напрашивался в объезд и дьякон Мемнон, но ему не
доверили, опасаясь, не вышло бы от того каких неприятностей.
С полгода, а может, и подольше было так, и только тогда, как уверился он во мне, стал
дела доверять.
Всю жизнь Марко Данилыч никому не
доверял вполне, ни на кого не полагался и в торговых и в других
делах.
Все помещики, не только своего уезда, но и соседних, знали его как затейливого борзописца и
доверяли ему ходатайство по
делам, так что квартира его представляла собой нечто вроде канцелярии, в которой, под его эгидою, работало двое писцов.
Шла только молотьба (иногда до самой масленицы), но для наблюдения за ней был под рукой староста Федот, которому можно было безусловно
доверить барское
дело.
— Житье на всем готовом, жалованья — сколько запросишь.
Дело вести без учету, без отчету, все как сыну родному
доверю… Что же?.. Чего молчишь?.. Аль язык отсох!.. Говори, отвечай! — сильно тряся за плечи Василья Борисыча, говорил Патап Максимыч.
Понять всю тяжесть и сложность
дела, к каждому новому больному относиться с неослабевающим сознанием новизны и непознанности его болезни, непрерывно и напряженно искать и работать над собою, ничему не
доверять, никогда не успокаиваться.
Потом, не
доверяя зеркальному отражению, они прибегали к графическому методу. Остро очиненным карандашом, на глаз или при помощи медной чертежной линейки с транспортиром, они старательно вымеряли длину усов друг друга и вычерчивали ее на бумаге. Чтобы было повиднее, Александров обводил свою карандашную линию чернилами. За такими занятиями мирно и незаметно протекала лекция, и молодым людям никакого не было
дела до идеала автора.
А тебя среди отличных отличили — вот какое важное
дело доверили!
В ригу к покойникам и к гауптвахте, где содержалось довольное число лиц, мятежники приставили, не
доверяя резерву, караул от себя, вооруженный, за неимением ружей, дрекольями, — и этим окончился кровавый
день 16 июля 1831 года.
— Было, что она последнее время амуры свои повела с одним неслужащим дворянином, высокий этакий, здоровый, а дурашный и смирный малый, — и все она, изволите видеть, в кухне у себя свиданья с ним имела: в горнице она горничных боялась, не
доверяла им, а кухарку свою приблизила по тому
делу к себе; только мужу про это кто-то дух и дал.
Служебного какого-нибудь
дела мне, по моей неблагонадежности, вероятно, не
доверят.
О
делах Енафы черноризица Аглаида имела неясное представление и даже как-то не
доверяла им.
Дело велось, как и раньше, а Ефим Андреич не
доверял даже собственной работе: так, да не так.
И рабочие стали относиться к нему как-то иначе, не так, как прежде, точно не
доверяли ему, а в таком ответственном
деле именно доверие прежде всего.
Впрочем, во всем
деле обучения и нравственного развития мать вполне
доверяла Степану Трофимовичу.
Корректуре он
доверял только в те
дни, когда дежурила Ольга Михайловна Турчанинова, служившая корректоршей с самого первого номера газеты. У ней ошибок не бывало.
— Это нужды нет-с: они завсегда обязаны для полиции дом свой открытым содержать… Конечно-с, вашему высокоблагородию почивать с дорожки хочется, так уж вы извольте мне это
дело доверить… Будьте, ваше высокоблагородие, удостоверены, что мы своих начальников обмануть не осмелимся, на чести
дело сделаем, а насчет проворства и проницательности, так истинно, осмелюсь вам доложить, что мы одним глазом во всех углах самомалейшее насекомое усмотреть можем…
Голые стены комнаты отталкивали тихий звук его голоса, как бы изумляясь и не
доверяя этим историям о скромных героях, бескорыстно отдавших свои силы великому
делу обновления мира.
— Как с чего? — во-первых, я русская и вижу в распространении грамотности одно из условий благосостояния родной страны; а во-вторых, это
дело доставляет мне удовольствие; я взялась за него, мне его
доверили, и я не могу не хлопотать о нем.
— За мое призвание, — продолжал студент, — что я не хочу по их дудке плясать и сделаться каким-нибудь офицером, они считают меня, как и Гамлета, почти сумасшедшим. Кажется, после всего этого можно сыграть эту роль с душой; и теперь меня собственно останавливает то, что знакомых, которые бы любили и понимали это
дело, у меня нет. Самому себе
доверить невозможно, и потому, если б вы позволили мне прочесть вам эту роль… я даже принес книжку… если вы только позволите…
Ночью около всего города запылали скирды заготовленного на зиму сена. Губернатор не успел перевезти оное в город. Противу зажигателей (уже на другой
день утром) выступил майор Наумов (только что прибывший из Яицкого городка). С ним было тысяча пятьсот человек конницы и пехоты. Встреченный пушками, он перестреливался и отступил безо всякого успеха. Его солдаты робели, а казакам он не
доверял.
Я поспешил ее обнадежить. Она замолчала, взяла было своими горячими пальчиками мою руку, но тотчас же отбросила ее, как будто опомнившись. «Не может быть, чтоб она в самом
деле чувствовала ко мне такое отвращение, — подумал я. — Это ее манера, или… или просто бедняжка видела столько горя, что уж не
доверяет никому на свете».
— Авдей Никитич совершенно постороннее лицо в этом
деле, — процедил с своей стороны Майзель. — И мы
доверяем ему, как незаинтересованному в нашем общем
деле.
— Мама, дружок мой, не спрашивай меня об этом, это, может быть, в самом
деле все пустяки, которые я преувеличиваю; но их… как тебе, мама, выразить, не знаю. Он хочет любить то, чего любить не может, он верит тем, кому не
доверяет; он слушается всех и никого… Родная! прости мне, что я тебя встревожила, и забудь о моей болтовне.
Ныне, то есть в те
дни, когда начинается наш рассказ, Александре Ивановне Синтяниной от роду двадцать восемь лет, хотя, по привычке ни в чем не
доверять ей, есть охотники утверждать, что генеральше уже стукнуло тридцать, но она об этом и сама не спорит.
Бодростина писала, что,
доверяя «каторжной чести» Павла Николаевича, она обращается к нему за небольшою услугой, для которой просит его немедленно приехать в ее губернский город, прихватив с собою человека, который бы мог служить маской для предстоящих
дел разного рода.
— Тут-то их и
доверять другому, — подхватил Шубин. — Но я вам скажу, в чем
дело. Вы дурного мнения обо мне.
Ныне кашинское виноделие слегка пошатнулось, вероятно, впрочем, только временно. Во-первых, сошли со сцены коренные основатели и заправители этого
дела, а во-вторых, явилась ему сильная конкуренция в Ярославле. Однако ж и доныне кашинскому вину
доверяют больше, чем ярославскому, а кашинские рейнвейны, особливо ежели с золотыми ярлыками, и теперь служат украшением так называемых губернаторских обедов.
Донесение оканчивалось слезною просьбою старика дозволить ему прибыть в Петербург с докладом, так как он имеет-де сообщить его сиятельству одно великой важности
дело, которое он не может
доверить письму, могущему не ровен час попасть в чужие руки.
— Касса ордена к вашим услугам… Мы не постоим за суммой и всецело
доверяем вам в этом тяжелом и ответственном
деле…
— Однако, своего
дела ты не хочешь
доверить рассудить этой светлой голове, — съязвил Иван Сергеевич.
Алексей Михайлович видел, откуда происходит беда, старался сам входить в
дела более прежнего,
доверять любимцам менее; но не мог он совершенно освободиться от старых преданий, не пошел путем реформ, а хотел поправить
дело путем неприметных, постепенных улучшений, хотел достигнуть цели полумерами, понемножку подвигая
дело.
Десять
дней, которые Хаджи-Мурат провел здесь, он, впрочем, жил в одном доме с подполковником князем Тархановым, начальником Шушинского уезда, находящимся здесь по
делам службы; это истинно достойный человек, и я ему вполне
доверяю.
Не
доверяя этого
дела другим, взяли его на себя Елизавета и Александра Степановны.
Произошло это в Херсоне, где он, случайно зайдя в комнату жены, застал ее с бывшим гувернером ее двоюродных братьев Сигизмундом Нарцисовичем Кржижановским, которому сам же Александр Васильевич
доверил ведение своих
дел по некоторым имениям и вызвал по этим
делам в Херсон.
Я думал также: как просто, как великодушно по отношению ко мне было бы Попу, — еще
днем, когда мы ели и пили, — сказать: «Санди, вот какое у нас
дело…» — и ясным языком дружеского доверия посвятить меня в рыцари запутанных тайн. Осторожность, недолгое знакомство и все прочее, что могло Попу мешать, я отбрасывал, даже не трудясь думать об этом, — так я
доверял сам себе.
Положим, сама мать при помощи Елизаветы Николаевны выучила меня по складам читать по-немецки; но мама, сама понемногу выучившаяся говорить и писать по-русски, хотя в правописании и твердости почерка впоследствии и превосходила большинство своих соседок, тем не менее не
доверяла себе в
деле обучения русской грамоте.
Канонада с каждым
днем усиливалась. Робко и осторожно, как будто сама себе не
доверяя, по армии стала распространяться волнующая весть: японцы обходят наш правый фланг.
И выходит — он сильнее всех. Отчего? Оттого что у него деньги? Так ведь он не сам скупает леса, а для какой-то „компании“. Ему
доверяют такие
дела. Стало, он — честный и умный.
У молодой, слабой женщины, которая
доверяла ему больше, чем брату, он отнял мужа, круг знакомых и родину и завез ее сюда — в зной, в лихорадку и в скуку; изо
дня в
день она, как зеркало, должна была отражать в себе его праздность, порочность и ложь — и этим, только этим наполнялась ее жизнь, слабая, вялая, жалкая; потом он пресытился ею, возненавидел, но не хватило мужества бросить, и он старался все крепче опутать ее лганьем, как паутиной…
Купавина. В том-то и
дело, что получила. Во-первых, все письмо написано деловым, канцелярским слогом; а во-вторых, смысл его такой: мне наслаждаться природой некогда, у меня важные денежные
дела; но если вы хотите, я приеду. Прошу вас не делать никаких перемен в имении, не
доверять никому управления, не продавать ничего, особенно лесу.
Беркутов. Это не мудрено. Если хотите, я вам помогу. Я завтра утром буду у Мурзавецкой и поговорю о вашем
деле; может быть, оно и не так страшно, как кажется издали. Вы мне
доверяете?
— Еще не знаю, Топпи. Но
дело не в этом. Я вижу, ты чем-то недоволен. Ты не
доверяешь Магнусу?